Забудьте о хвостах из сказок: как на самом деле выглядели русские русалки и какой ужас они внушали предкам
- 10:10 29 октября
- Мария Семёнова
Строка Пушкина о русалке на ветвях часто сбивает с толку читателей, привыкших к диснеевскому образу девы с рыбьим хвостом. В восточнославянских поверьях эти персонажи обладали обыкновенными человеческими ногами. Водные полуженщины с плавниками проникли в русскую культуру позже под влиянием западноевропейских мифов о сиренах. На Руси же существ с чешуей именовали фараонками, связывая их с библейским войском египетского царя, утонувшим в Красном море.
Исконная славянская русалка считалась духом погибшей девушки или ребенка. Филолог Валерий Мокиенко связывает само название существ с древним праздником Русалий, упоминания о котором найдены на граффити новгородского Софийского собора XI века. Русалок считали покровительницами полей и растительности. Ноги позволяли им бегать по посевам, водить ночные хороводы и легко залезать на кроны берез.
Главным отличительным признаком персонажа были распущенные зеленые волосы без платка. В традиционном быту замужней женщине запрещалось показываться на людях простоволосой, это считалось позором. Писатель Николай Гоголь в повести "Вий" точно передал аутентичные народные представления:
Он видел, как из-за осоки выплывала русалка, мелькала спина и нога, выпуклая, упругая, вся созданная из блеска и трепета.
С течением времени культурные наслоения часто меняют исходное значение слов. Подобная трансформация затронула список привычных слов иностранного происхождения, а также названия забытых русских профессий, смысл которых сегодня практически стерся из памяти.
Ранее мы писали о том, как в дореволюционной России социальный статус строго определял выбор имени для ребенка по святцам. Дочерям дворян давали царственные имена Елизавета или Александра, тогда как Марфа, Фёкла и Пелагея считались исключительно простонародными. Сегодня эти старинные крестьянские имена снова вошли в моду среди состоятельных семей. Как уточняет издание Pro Город, век назад подобное наречение вызвало бы резкое осуждение общества.